?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

12. Бессвязная связь

Чудинов обиженно протявкал громогласно пробубнил, что он-то - самый-самый, а все остальные - выеденного яйца мизинца его не стоят! Не забыв при этом благостно самоудовлетвориться своей очередной, само собой разумевавшейся безусловной и окончательной победой над клеветниками и охальниками нового направления науки его детища=вундеркинда - чудо-врунологии...

Для начала – радует хотя бы то, что Чудинов сумел найти время между играми с контрастом на своих чудо-картинках, составлением буковок из результатов этих наигрышей и чтением всего получившегося безобразия и дать, как ему до сих пор кажется, вполне весомый ответ на выдвинутые против его методики возражения. Лично мне представляется, что и по сию секунду Чудинов не сомневается в том, что эта «несокрушимая и легендарная» методика устоит и выстоит, и еще всех нас переживет и, в конце времен, получит свое заслуженное признание... Доживем – увидим!
В своей «обратке54» Чудинов полностью приводит мой комментарий к его статье «Ржавое перо сетевых хулиганов от чудиномании» от 12-го октября 2009 г.: «ser-serg 12.10.0: «Валерий Алексеевич, Вы совершенно напрасно пропустили вот эти, наглядно изобличающие лживость Вашей «методологии» чтения неявных надписей, страницы: 131994, 132150, 133189 и 134706. Надеетесь НА ВРАНЬЕ выехать? Успехов! Будьте осторожны на поворотах! Там заносит!»». Радует, во-вторых, и то, что администрация чудо-сайта не побоялась столь резкого высказывания и довела его до сведения общественности.
Приведу, на всякий случай, адреса ссылок, помещенные в том самом комментарии:
http://community.livejournal.com/chudinologia/131994.html
http://community.livejournal.com/chudinologia/132150.html
http://community.livejournal.com/chudinologia/133189.html
http://community.livejournal.com/chudinologia/134706.html

Первая из них – это адрес сообщения (примем на время в качестве синонимов сообщение – статья) достопочтенного
maps2lj «Чудинов и российский автопром», остальные – адреса моих сообщений: «Поздравляю вас, гражданин, соврамши», «Продолжение экспозиции Доски Позора» и «Как волка не корми... а у слона - все равно длиннее!». Посмотрим, что Чудинов в этих статьях сумел вычитать...
В двух словах считаю необходимым подчеркнуть, что приведенные в указанных сообщениях сравнения были нацелены на то, чтобы обратить внимание на разницу между самим предметом и тем изображением, с которым начинает «трудиться» наш «не-мнимый больной» «читатель»...
Напомню, о чем шла речь в первом из перечисленных материалов. В своем опусе «Вернем этрусков Руси» (М., 2006), которому в «Чудинологии» уделялось уже достаточно внимания, не при дамах всуе будь помянутым автор приводит весьма скверного качества изображение четырехколесного предмета (с. 383) вкупе со своими чтениями надписей на отдельных частях изображенного предмета. Само изображение, по утверждению Чудинова, взято из кн. Г.И. Соколова «Искусство этрусков» (М., 2002. С. 17, хотя на ссылке в электронном варианте – С. 19) и имеет такое обозначение: «Фигурный виллановианский сосуд в виде колесницы. Бронза, VIII век до н.э.». Прежде всего, обратим внимание на то, что в исторической науке носит наименование культура (или же – культурная группа) «Вилланова (Villanova)» (да и приведенная датировка предмета указывает на что-то весьма современное традиционной дате основания Рима – короче, «преданья старины глубокой...».).
Сравнение двух изображений предложенное maps2lj весьма недвусмысленно указывало на то, что вариант, взятый за основу для «работы» Чудиновым не является пригодным для тех целей, которые были им заявлены – чтения надписей, к тому же – неявного характера, в силу крайне низкого качества. Отмечу, что приведенная в сети картинка этого варианта по качеству весьма схожа с помещенной в книге, поэтому для подтверждения гипотезы Чудинова о наличии неявных надписей на самом предмете совершенно необходим поиск изображения более высокого, по сравнению с книжным вариантом, качества, на что и было указано в исходном сообщении «Чудинов и российский автопром». Соотнесение двух картинок вызвало следующую реакцию со стороны Чудинова: «На самом деле, как видно на рис. 2, оба изображения совершенно идентичны, и то, что читается на одном, еще лучше читается на другом. Так что никакого «изобличения» моих якобы неверных чтений тут нет!... Оно и понятно: сравнивать два изображения сетевые хулиганы не привыкли. Им кажется, что добавление цвета меняет суть написанного! Наивные китайские мальчики!» (с «добавлением цвета» тут явно что-то напутано – имелась в виду, кажется, «замена цвета» – одна из простеньких фотошоповских функций...)
Несогласие с данным утверждением Чудинова всегда может быть им «списано» на разную остроту зрения зрителей (китайских мальчиков, или не менее наивных чукотских девушек – это уже без разницы!) и, конечно же, – на профессионализм, которым никто, кроме него не обладает... Тогда давайте уточним, что же это за острота зрения и что же это за профессионализм?

1. Берем исходную картинку и выделяем фрагмент (переднее колесо), на время забыв о масштабе и прочих мелочах жизни...


2. Для «удобства чтения» и экономии денег «обесцвечиваем» картинку (переводим в «ч/б» и начинаем поиск, в котором нам поможет киножурнал «Хочу все знать» контрастирование (постепенно, до уровня 80%)...


похоже?

Можно и продолжать...

Чудеса, да и только! Читать – подано! Напомню, что в выделенных рамочках Чудинову удалось «вычитать» следующий набор «слов»: коляска типа москва, ступица колес, московка, се марка, возок, возок края московии, вазок москва, москова (Вернем этрусков Руси, с. 383-384).
Не будем спешить с криками «Сенсация!» и обратим внимание на то обстоятельство, что в случае обнаружения каких-либо надписей на любой археологической находке возникает вопрос об их своевременной фиксации, при чем желательным, конечно же, является одновременность таковой фиксации с обнаружением самого предмета (или, хотя бы сравнительно давняя консервация этих надписей) – чтобы исключить их позднейшее нанесение. В нашем же случае об уравнивании (или даже соотнесении) «возраста» прочитанных «слов» и возраста самого предмета без дополнительных исследований этого самого предмета (но – никак не его изображений) не может быть и речи.
Вспомним, сколько сил было потрачено на исследование ставшего не так давно знаменитым «оссуария Иакова», но consensus doctorum так, кажется, и не был достигнут (1, 2 /сообщение: Автор: Елена Mar 18 2009, 22:27/)...
Чудинов, естественно, тянет одеяло в свою сторону, попросту опуская этот немаловажный момент и заявляя, что надписи на коляске – неявные и читать их пока что может только он один... Но ведь весь вопрос в том – насколько те изображения, которые «читаются» Чудиновым, соответствуют самому предмету, а особенно – с учетом возможностей современной компьютерной техники!
Вынужден напомнить и то, что уже столько времени ускользает от нашего остроглазого профессионального «чтеца»: «Первейшая заповедь эпиграфиста – желательность по возможности работать с оригиналом. Любые воспроизведения памятника, от карандашной зарисовки до современных эстампажей из силиконовой резины, – в той или иной степени искажение подлинника. Значение указанного принципа возрастает в прямой пропорции к степени испорченности памятника. Тот, кто не обратился к «живой» надписи, имеет право высказывать суждение о ней лишь в самой осторожной форме. По сравнению с ним эпиграфист, работавший с оригиналом, пусть даже и ошибающийся в чтении, датировке и т. д., всегда обладает по крайней мере моральным преимуществом. Естественно, при недоступности подлинника, например, при его утрате, желательно располагать как можно лучшей копией – эстампажем или фотографией» (Виноградов Ю. Г. О методике обработки греческих эпиграфических памятников (по ольвийским материалам) // Методика изучения древнейших источников по истории народов СССР. Сб. ст. / Отв. ред. В. Т. Пашуто. М.: Наука, 1978. С. 47 )» (это было процитировано мною здесь, а напоминание об этом было помещено как раз в том самом сообщении, которое так взволновало Чудинова).

Резюмируем.

1. Чтение надписей на древних предметах требует работы с оригиналом или – с возможно более точной копией. Чудинов утверждает, что используемое им в данном конкретном случае (в остальных случаях) изображение идентично известной широкой аудитории иллюстрации, но речи об адекватной передаче «содержательной» части поверхности исследуемого им предмета здесь нет. Надеюсь, что никого не нужно убеждать в том, что в данном случае именно адекватность изображения является определяющим фактором в решении вопроса о возможности наличия искусственных знаков на изучаемой поверхности.
2. Учитывая то обстоятельство, что сам способ обработки им «исходного изображения», в том числе – определение порогового значения для отделения «шума» – остается «за кадром», согласиться с Чудиновым в том, что предлагаемые им результаты «выявления неявных надписей» являются корректными и вполне приемлемыми не представляется возможным.
3. Надписи на предмете могут быть нанесены значительно позже времени создания и использования предмета и для их «привязки» к датировке самого предмета требуются дополнительные исследования. Чудинов не упоминает о такого рода исследованиях и без каких-либо обоснований относит время нанесения выявленных им «надписей» ко времени использования в обиходе самого предмета.
4. Чудинов «оставляет за кадром» и необходимые разъяснения о соотнесении габаритов выявленных им «надписей» с размерами самих предметов, на поверхность которых они, по его мнению, нанесены, а также о возможной технике исполнения самих надписей.
5. Чудинов не проверяет аутентичность изображений, заимствуемых им из различных источников, в том числе популярного характера, что приводит к использованию в его исследованиях недостоверной и искаженной информации.
6. Включая в круг рассмотрения недостоверную информацию Чудинов делает выводы парадоксального и сенсационного характера, не считая нужным и возможным проведение дополнительной проверки и уточнения исходных данных.



Теперь начинается еще более интересная часть чудо-рассуждений. Видимо, выработав привычку мерить все и вся «по себе», Чудинов утверждает: «Далее сетевые хулиганы, не привыкшие думать мозгами, решили, что я взял не ту прорись одной статуэтки в моей книге, хотя я чётко написал, что брал изображение из работы Тадеуша Воланского. Они нашли изображение с худшим качеством прориси, и сами признались, что я не обратил на не внимания, как им кажется, «совершенно напрасно! Потому что там тоже есть такая же картинка, но на ней очень неудобно читать». Естественно, что чем хуже качество прориси, тем менее достоверные сведения с нее можно получить». Это его так перекорежило от моего замечания о том, что существуют, оказывается, и другие варианты изображений тех предметов (в данном случае – этрусских статуэток), на поверхности которых он пытается продемонстрировать свое «умение читать». Попробуем разобраться в том, что тут Чудиновым нагромождено и вспомним печальную историю «этруска Славика». На взятой из материалов Т. Воланского («Памятники письменности славян до Рождества Христова, собранные и объясненные Фадеем Воланским»), любезно помещенных Е. Классеном в своей книге «Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и Славяно-Руссов до рюриковского времени в особенности с легким очерком истории руссов до Рождества Христова» зарисовке (имеющей отдаленное сходство с оригиналом)

вот этой древней скульптуры Чудинову почудились надписи (разумеется, неявные, не каждому заметные)... Надписи, которые ему, с помощью не просто нехитрых, а прямо-таки волшебных манипуляций (чудотворное инвертирование!), удалось прочитать... Поясню. Автор зарисовки решил передать объем скульптуры нанесением тени. Никто не собирается отрицать того, что предстоявшая художнику скульптура могла быть освещена именно таким образом и в его решении не было никакой чрезмерной фантазии. Как выяснилось спустя более чем сто лет – он тем самым сослужил замечательную службу нашему редкостному любителю «почитать»: породил в его воспаленном творческом воображении подозрение о существовании в этой тени горячо и страстно им любимых надписей. Но, поскольку в такой темноте читать все-таки не очень удобно даже Чудинову с его орлиным взором и ослиным упрямством удивительной настойчивостью, потребовалось значительное увеличение «темного» фрагмента изображения и недюжинные способности по «распознаванию» буквообразных знаков. Посмотрим, что же тут посчитано за эти самые знаки, другими словами, как же происходит сам процесс распознавания элементов изображения и «чтения».


Полагаю, что наглядность говорит сама за себя. «Слава КПСС» тут, конечно, вряд ли можно распознать... Остальные закорючки внимания не привлекли, а из «пригодного для чтения» каким-то чудом, с привлечением и латинской и кириллической графики (по правилам игры, установленным Чудиновым, эта причудливая смесь – как раз то, что нужно!), пыхтя и кочевряжась, с дикими, граничащими с настоящим безумством, усилиями, «сложился», ни слабак, ни слабина, ни слева, ни слива, ни сильва, ни сельва, ни славян, ни слоник, ни даже salve, а неведома зверюшка как раз тот самый «Славик»... И не простой какой-нибудь, а самый настоящий «этруск», в чем каждый непредубежденный читатель имеет редкостную возможность удостовериться... Даже – не веря своим глазам!
Чудинов не считается с тем обстоятельством, что зарисовка тени проведена художником самостоятельно и совершенно безотносительно к имеющими быть высказанными Чудиновым, более чем сто лет спустя, подозрениями о существовании на обратной стороне луны "затемненной стороне" детали рисунка солнечных пятен информационно значимых деформаций зарисовываемой поверхности... Да-да... вот так он и создает свои буквы...
Как мне показалось, Чудинов очень ловко использует один хитрый прием. Если бы он взял одну-единственную картинку и стал долго и нудно, серьезно обосновывая каждый следующий шаг, «читать» свои лженадписи, он бы тут же вынужден был под свист публики «сойти со сцены» по причине очевидных натяжек и передергиваний (про шквал критики здесь, к сожалению, говорить не приходится, поскольку тратить время на серьезный анализ «чтений», базирующихся на столь несерьезной методике, профессионалы не будут, или же, как это и происходило в действительности с «русскими рунами» – и Чудинов это описывает – с усмешкой отделаются простым указанием на эту очевидную для них несерьезность).
На секундочку отвлечемся и, чтобы не быть голословными, обратимся к достаточно очевидному примеру тех самых натяжек. Берем тех же "Этрусков" и открываем с. 41-42". Это - практически самое начало чудо-исследований этрусского языка - этап поиска этрусского алфавита. Как же его ищет этот "исследователь", объявивший несколькими страницами ранее (с. 13) "...моя эпиграфическая деятельность признана руководством как РАЕН, так и РАН (что, однако, не означает, что мои работы признаны всеми академиками РАЕН или РАН). Таким образом, я занимаюсь проблемой дешифровки древних славянских письменностей на профессиональной основе, будучи облечен весьма высокими научными полномочиями"? А делает он следующее - берет невысокого качества фотографию "петушка из Витербо" - "черноглиняной баклажки - буккеро VII века до н.э." с бликами от осветительных приборов (указывая два источника заимствования - книгу З. Майани и брошюрку А. Егурнова) и, разумеется, сразу берет быка за рога, точнее - петуха за гребень (на "брюхе" этого "петуха" выписаны буквы, как полагают, этрусского алфавита): "с буквами мы будем разбираться чуть позже; пока обратим внимание на то, что на гребешке нанесен зигзаг, который при обращении в цвете и снятии верхней и нижней рамки создает надпись. В этой надписи я разъединяю лигатуру на отдельные буквы и, что важно, переставляю буквы А и Л" (с. 41). В результате на гребешке "читается" слово "Италия", что позволяет сделать гениальный культурологический вывод: "Отсюда возникает вопрос, что за алфавит здесь изображен. Ответ - на гребешке. Это не этрусский алфавит, иначе там было бы написано слово ЭТРУРИЯ. Следовательно, это общеиталийский алфавит, на котором, в частности, писали и этруски" (с. 42).
А теперь давайте посмотрим более внимательно, что же это за "петушок - замечательный гребешок".
Как видим, Чудинову досталась фотография с "засветкой" верхней части головы и части верхней половины туловища петушка (нос вправо), тогда он хватается за уцелевшую незасвеченную часть гребешка (нос влево) и там начинает чудить, расписывая волшебные изврапревращения казалось бы простенького орнамента в ключевую по своей значимости для всей чудо-этрускологии "надпись":


Казалось бы - замечательный результат! Браво! Бис! Цветы-овации... Зал рукоплещет, все встают... И...
И тут же падают...
Оказывается, Чудинов решил сэкономить время на поисках более качественного изображения! И совершенно напрасно!
Вот как на самом деле выглядит "петушок с гребешком", хранящийся в Нью-Йоркском Metropolitan Museum of Art:



А вот и сам гребешок с обеих сторон:

Может быть тут что-то и написано, но тут нет тех знаков, которые "выявлены" и опознаны как буквы выдуманной на ходу "наделенным высокими научными полномочиями" бумагомарателем лженадписи!
А ведь это - только один пример, к тому же - из самого начала "книги" ("увешанной" на обороте титульного листа "шапкой", включающей ТРИ академии - РАН, РАЕН и АФН), в которой, напомню, около шестисот пятидесяти страниц большого формата...
Но... Когда Чудинов в этой, или в других своих книгах (да и, насколько можно понять, в публичных выступлениях) приводит туеву хучу массу практически однотипных примеров, наступает очень интересный эффект, который (если совсем уже издеваться над диалектикой Г. Гегеля в ее марксистской интерпретации) можно сравнить с переходом количества в качество: недоверие к методу превращается в доверие к результатам – ведь не может же быть ошибочным такое количество чтений! (может, может, еще как может!). Скорее всего, так было и у самого Чудинова – «прочитал» одно – не может быть!, «прочитал» восьмое – а вдруг все-таки?, «прочитал» шестнадцатое – ура, я был прав! Сначала он убедил самого себя количеством «результативных чтений», получаемых с помощью огромного числа трюков – «две буквы читаем в прямом цвете, третью – в обратном», «здесь надпись из явных букв продолжается неявными», «эту лигатуру мы делим на три части, а эту – на две», «здесь поворачиваем, а здесь переворачиваем», «здесь - играем, здесь - не играем, здесь - жирное пятно: рыбу заворачивали!», «здесь меняем местами», «отсюда переходим туда и возвращаемся вот сюда», «начинаем чтение с волос головы, или же с пальцев рук» и т.п., а затем на ту же удочку стали попадаться и остальные... Он ведь и объяснение этим трюкам придумал – этруски, мол, использовали принцип ребуса и шарады, потому и их надписи надо разгадывать, а не просто читать, да и к тому же все эти надписи – одновременно на русском и на этрусском, и с одновременным (иногда – с последовательным) использованием нескольких знаковых систем – италийской, греческой, кириллической, руницы и т.п.
Теперь самое время вспомнить, что все чудиновские (да и наши тоже) изыски были, в общем-то, напрасны, поскольку мы имеем дело не с передающими рельеф поверхности оттиском или, хотя бы высококачественной фотографией именно этого фрагмента скульптуры, а с зарисовкой, дающей о ней самое общее представление... Причем в характере этого самого «общего представления» мы уже имели возможность убедиться на примере сравнения двух «фигур с птицами», приведенном в том же самом сообщении (но на этот пример Чудинов не соблаговолил обратить внимания – уж больно разными оказались сами скульптуры и их зарисовки).



Как говорится, «почувствуйте разницу»... (и не забудьте, пожалуйста, обратить внимание на прическу – ведь именно в «рисунке волос» Чудинову почудилась «чудо-надпись»: «Прежде всего я читаю надписи на голове мальчика в обращенном цвете; там написано: Аз креа рим, то есть Я создаю рим» Вернем этрусков Руси, с. 367. Видимо "креа" - чудо-мутант на базе лат. creo).


По крайней мере – ничуть не хуже, чем предыдущая попытка «чтения на тени»! И, как и в том случае, – никакой связи с оригиналом...

Вернемся к многострадальному «Славику».
Продолжая отстаивать свою, как ему кажется, правоту, Чудинов сам решает провести сравнение: «На рис. 3 можно видеть, что качество прориси из книга Т. Воланского (А) много выше, чем из книги Исаака Тейлора (кстати, этот автор в другой работе пытался вывести глаголицу бог знает из чего. Как эпиграфист он не выдерживает никакой критики). Так что безмозглые сетевые хулиганы вновь расписались в своём невежестве»... Качество прориси определяется Чудиновым, в данном случае, как и принято, по количеству грязи не несущих информационной нагрузки элементов изображения (в том числе - и декорирующего характера). Беда только в том, что худшим качеством он считает как раз «неотягощенное» изображение из книги Тэйлора. Что тут сказать? Видимо в этом и заключается главный принцип чудо-методологии. Если это действительно так, то ее совершенно справедливо следует именовать прикрывающимся наукообразностью враньем. Зато теперь Чудинов с гордостью может сказать, что обвинения в его адрес в том, что он не использует сравнения изображений с целью выявления более качественного изображения, совершенно беспочвенны! Он использует сравнения! Вопрос – насколько чудовищным способом как он их использует! В чем мы все только что с превеликим огорчением и убедились...

Но успокоиться на этом Чудинов не может. Он решает еще раз продемонстрировать свое блестящее умение вычитывать черт знает что черт знает где и черт знает как свои бесценные нелепые "неявные надписи": «Показав изображение со с. 21 книги "Die Bildnerei der Etrusker" Вильгельма Хаузенштайна с подписью «Архаическая статуэтка воина, бронза, Лейден», сэр Серж патетически воскликнул: «Поэтому любые манипуляции с зарисовками скульптуры (сделанные, скорее всего, с фотографии или с другой зарисовки) в поисках "неявных надписей" представляются не менее чем явной подтасовкой и, учитывая размещение результатов такой подтасовки в "книжной продукции" в условиях мало-мало рыночной экономики, имеют легкий, едва уловимый запашок обыкновенного жульничества. Хотя, относительно запаха, можно и ошибаться...». Понятно, что он эпиграфические работы оценивает только на запах. Но на представленной голове сразу видно большое количество надписей. Так, правая бровь содержит надпись МИМ, правый глаз - ЯРА, участок головного убора над левым глазом - слово МАСКА, самый низ этого участка - слово ЯРА. Таким образом, вся статуэтка буквально усыпана надписями, но прориси в книги Исаака Тейлора все их игнорируют и потому так милы сердцу чудиноманов. Ибо изображения Тейлора как раз и являются подтасовками» (выделено мною). Кто бы сомневался в наличии подтасовок... Вот и в их авторстве теперь сомневаться уже не приходится. Теперь, надеюсь, ответ на вопрос "кто главный тормоз на пути развития «русской» науки эпиграфики?" стал еще яснее!

...Ну и, конечно же, «Здравствуй, мама! Вот тебе рама!».

Самое забавное состоит в том, что предупреждение о возможности подобного развития событий уже было высказано: «Причем - нет никакого сомнения, что этот настырный "по-читатель", увидев наши картинки, мгновенно "прочитает" и их, отыскав "вторую часть" найденных ранее слов...».Что на такой фотографии можно прочитать? Все, что угодно. Было бы желание, а вот его-то как раз, у одного Чудинова на целый батальон хватит! Его, вишь ты, хлебом не корми, дай «почитать» где-нибудь! Странно, что он на «тенях» в этот раз ничего не «вычитал». Или, просто времени не хватило? Увидел «дежурный набор» и побежал дожевывать свою шоколадку?

Резюмируем.
1. В процессе поиска "неявных надписей" Чудинов не считает принципиально значимой разницу между фотографией предмета и зарисовкой, сделанной с целью передачи «общего» представления о предмете.
2. При выборе исходного изображения для «чтения» неявных надписей Чудинов совершенно игнорирует т.н. критический подход – сравнительный анализ имеющихся изображений и выбор из наиболее адекватного и соответствующего поставленной задаче распознавания «неявных надписей».
3. При сравнении схожих изображений Чудиновым совершенно не принимается в расчет авторство тех или иных элементов изображения и их соответствие изображаемому предмету. Так за соответствующие действительности и отображающие имеющиеся на предмете "криптонадписи" им принимаются добавленные зарисовывавшим предмет художником декорирующие элементы.
4. Используемые Чудиновым приемы обнаружения «неявных надписей» и нахождения знаков, отождествляемых им с буквами, позволяют говорить лишь о том, что данным способом можно не обнаружить «надпись», а принять за «надпись» скопление «растровых элементов» (растровых точек), возникшее в результате компьютерной обработки изображения.
5. Чудинов не проверяет аутентичность изображений, заимствуемых им из различных источников, в том числе популярного характера, что приводит к использованию в его исследованиях недостоверной и искаженной информации.
6. Включая в круг рассмотрения недостоверную информацию Чудинов делает выводы парадоксального и сенсационного характера, не считая нужным и возможным проведение дополнительной проверки и уточнения исходных данных.

Есть у Чудинова и еще один хитрый способ "чтения", который условно можно обозначить старым, хорошо всем известным названием "Испорченный телефон". Суть этого метода состоит в ссылке на авторитетнейшую величину и "дорабатывании" того, на что у этой самой величины не хватило времени, умения, желания и т.п. Самое главное состоит в том, чтобы отвести от себя все возможные подозрения в подтасовке.
Возьмем с. 230-231 тех же самых чудиновских "Этрусков". Здесь под № 43 наш барон Врунгель рассказывает, что же ему поведали "неявные надписи" на зарисовке, приведенной не кем-нибудь, а самим Т. Моммзеном в его знаменитой работе "Die unteritalischen Dialekte". Однако Чудинов не скрывает того обстоятельства (которое его, в конечном счете-то и погубило!), что саму зарисовку он берет не из книги Т. Моммзена, а у Т. Воланского. Послушаем самого Чудинова: "№ 43. Надгробный камень. Изображение Тадеуш Воланский заимствовал из работы Моммзена "Нижнеитальянские диалекты", с. 191, табл. 12, № 36, у Воланского оно проходит под № 6...
Прежде всего я увеличиваю изображение внизу камня, обращаю его в цвете и помещаю на врезке справа от изображения памятника. Читается данный текст с большим трудом, представляя собой ряд лигатур. Однако, в конце концов, появляется такая русская надпись: Святая девы лежат во земли - жени, то есть Святые девы лежат в земле - женщины. Следовательно, понятно, что речь идет о женском захоронении" ("Вернем этрусков Руси", с. 230). А на следующей странице Чудинов приводит тот самый рисунок, который помещен у Воланского и крупно выделяет "изображение внизу камня", позволяя, тем самым, понаблюдать всем желающим за сложнейшим и кропотливейшим процессом дешифровки и убедиться в его правоте.
Понаблюдаем и мы за почти что сказочными превращениями, совершающимися в остающихся вроде как бы и не при чем очень даже умелых руках чудописца-чудочтеца Чудинова.
Для начала обратимся к самой книге Т. Моммзена (Лейпциг, 1850. Напомним, что первый выпуск книги Е. Классена вышел в 1854 г., а третий, в котором и помещены знаменитые материалы Воланского, - в 1861 г.) и особое внимание уделим тому самому фрагменту, в котором позднее Чудинов вычитает такую замечательную русскую надпись.

Итак.
1. Иллюстрация из книги Т. Моммзена (кстати сказать, сам Моммзен /на с. 368/ считает, что на изображении - не этрусские, а окские надписи с использованием знаков греческой письменности).


1.1. Выделим интересующий всех нас фрагмент.


2. Та же иллюстрация, но уже "в исполнении" Воланского


2.1. Выделим тот же самый фрагмент



3. И, наконец, долгожданная чудо-картинка, прочитанная Чудиновым, и ровным счетом никакого отношения к рисунку из книги Т. Моммзена не имеющая... Сработал "испорченный телефон". Но в этот раз не Чудинов его испортил, он просто совершенно бездумно им воспользовался и наплел с три короба...
Вот ведь как бывает - один раз соврал (с петушком), а дальше - уже не остановиться... И пошло-поехало...
Поэтому-то я, в своем комментарии, "рассмотренном" Чудиновым в "обратной связи № 54" и посоветовал: "Будьте осторожны на поворотах! Там заносит!". А ведь многое еще впереди...

Окончание следует

Profile

ser_serg
ser_serg

Latest Month

February 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   

Tags

free counters
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner